Экономический анализ в антимонопольных делах

10/10/2014 состоялась традиционная конференция Ведомостей «Антимонопольное регулирование в России».

Специально для журнала Legal Insight готовила репортаж.

Публикую обзоры по сессиям в авторском варианте (без сокращений).

Сессия 3.2. «Экономический анализ в антимонопольных делах» запомнилась выступлениями трех широко известных экономистов, специализирующихся на антимонопольных спорах.

Вадим Новиков (старший научный сотрудник, РАНХиГС; член Экспертного совета при Правительстве РФ) на основе статистических данных убедительно показал, что с экономическим анализом в антимонопольных делах российских судов ситуация выглядит удручающе.

В делах за январь-сентябрь 2014 года опрос или анкетирование использовалось в 0,8% случаев, некая «статистика» упоминается в 1% дел, а экспертиза – в 2,2%. В итоге только в 4% процентах дел использовались результаты экономического анализа. В США соответствующий показатель составляет около 30%.

Вместе с тем, исправить ситуацию не сможет даже опытность судьи. Частота отмены решений вышестоящим судом не зависит ни от года назначения к рассмотрению дела, ни от количества дел по искам антимонопольных органов, ни от базовой экономической подготовки судьи.

Базовая экономическая подготовка судьи помогает только при разрешении простых случаев, однако не помогает оценить сложные экспертные заключения, подготовленные университетскими профессорами.

Судьям и сторонам процесса можно было бы порекомендовать использовать пять основных критериев, на основе которых следует оценивать выводы научной экспертизы. Они были сформулированы в 1993 году Верховным судом США по делу Доберта (так называемые «правила Доберта», «Daubert ruling») и заключаются в следующем.

Необходимо последовательно ответить на пять вопросов:

  1. «Можно ли этим методом доказать, что сговора не было?»;
  2. «Опубликован ли ваш метод в рецензируемом журнале?»;
  3. «Насколько этот метод широко распространен по сравнению с другими, альтернативными методами?»;
  4. «Насколько метод надежен?»;
  5. «Каковы стандарты этого метода и как им следовали?».

Виталий Пружанский (эксперт-экономист RBB Economics в области антимонопольного регулирования) представил интересный доклад, состоящий из двух блоков:

  1. О роли экономического анализа в расследовании горизонтальных соглашений.
  2. Об экономическом анализе в частных исках.

В первой части выступления была затронута проблема роли экономического анализа в расследовании горизонтальных соглашений, которая всегда зависит от контекста дела.

Если действия / соглашения попадают в категорию безусловных запретов (per se), то антимонопольный орган может вынести решение о нарушении по формальным основаниям, не исследуя фактический эффект. Но для исчисления обоснованной суммы штрафа необходима детальная экономическая оценка эффекта. Также, размер и обоснованность ущерба в частных исках зависит от фактического эффекта.

Если действия / соглашения не попадают в категорию запретов per se, роль экономического анализа возрастает во много раз. На разрешение ставятся следующие вопросы:

  • Есть ли у хозяйствующих субъектов стимул заключать антиконкурентные горизонтальные соглашения?
  • Есть ли у хоз. субъектов возможность поддерживать действие оспариваемого соглашения с течением времени?
  • Можно ли объяснить то, что происходит на рынке, не прибегая к логике антиконкурентных горизонтальных соглашений?

Во второй части выступления о роли экономического анализа в частных исках было рассказано о том, какую работу за последние 10 лет провела Еврокомиссия для создания эффективного института частных исков:

  • В 2004 году заказывается независимое обзорное исследование существующих методов оценки ущерба (Ashurst report);
  • В 2005 году проводится анализ правовых и административных барьеров, осложняющих эффективное функционирование института частных исков (Green Paper);
  • Далее в 2008 году обобщаются предложения по созданию необходимой правовой среды для развития института частных исков (White Paper);
  • Затем в 2011-2013 годах представляется детальный перечень экономических подходов, рекомендуемых для оценки ущерба на практике (Guidance Paper и Practical Guide).

В.Пружанский призвал российские компании в рамках частных исков активнее использовать апробированные экономические методы из европейской практики, позволяющих убедительным образом доказывать размер убытков в судебных процессах.

Желание поддержать долгосрочные взаимоотношения с поставщиком не должно препятствовать оценке ущерба и подаче иска:

  • Ответчик, также, как и истец, заинтересован в поддержании нормальных партнерских взаимоотношений;
  • После детальной оценки ущерба вместо дорогостоящего судебного процесса может заключаться мировое соглашение.

Андрей Шаститко (заведующий кафедрой конкурентной и промышленной политики экономического факультета, МГУ им. Ломоносова; руководитель, Центр исследований конкуренции и экономического регулирования РАНХиГС при Президенте России) начал свое выступление с рассказа об эволюции роли экономистов и экономического анализа.

Был сделан вывод, что экономисты от поставщиков статистики и интерпретаторов позиции юристов, устанавливающих факты, сейчас стали самостоятельно формировать концепции изменения правовой базы и системы координат в рассмотрении по существу антимонопольных дел на основе применения различных экономических методов. При этом возможности экономического анализа выходят далеко за пределы норм Порядка № 220.

Дополняя выступление В.Пружанского и в некоторых аспектах ему оппонируя, А.Шаститко отметил, что основания для применения экономического анализа есть не только в случае оценки эффектов как условие принятия решений (rule of reason), но и в случае запретов per se, в том числе для картелей.

При этом профессор поставил под вопрос идею заимствования лучших иностранных практик, указывая на то, что даже лучшие практики со временем пересматриваются.

В докладе были затронут также два довольно деликатных вопроса:

  1. Кто является бенефициаром экономического анализа и как это может повлиять на его результаты: стороны процесса, суд, потребители, будущие участники хозяйственного оборота?
  2. Может ли быть антимонопольная служба «в ответе за все»?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *